Как в Астрахани делили скорбные миллионы на похоронном бизнесе

16.06.2019
Новости компаний похоронной отрасли

Фото с сайта https://arbuztoday.ru/kak-v-astraxani-delili-skorbnye-milliony-na-poxoronnom-biznese/


Смиренное кладбИще оказалось предметом раздора

Пока в Москве сажали за наркотики журналиста, писавшего о переделе рынка столичных ритуальных услуг, мы вспомнили: в Астрахани 13 лет назад начался свой передел, который затем имел рецидив в 2013 году. Частный полутеневой бизнес с трудом отбивался от городских монополистов, желавших 1000% рентабельности с каждой могилы.

- Вроде здесь... Да, здесь. Отрой окно и под вяз уходи. Топор возьми, корней много. Успеешь к одиннадцати? У них без отпевания. Смотри. Копай глубже: специально просили. Не морщись. Не обидят...
Сергей Каледин, "Смиренное кладбище", 1987 год

Бизнес на скорби по умершим был прибыльным и в советское время, в конце 80-х начали появляться первые астраханские официальные частные похоронные бюро. К началу 2000-х рынок сложился, поделенный между небольшими компаний. Однако в 2006 году все начало меняться, муниципальное учреждение решило превратиться из скромного смотрителя за казенной землей на кладбищах в монополиста ритуальных услуг.

Потаенные миллионеры

12 апреля 2006 года постановлением мэра Сергея Боженова неспециализированные предприятия были лишены права предоставлять похоронные услуги — то есть те, у кого основным видом деятельности значилось что-то кроме похоронного дела.

8 июня мэрия издала новое постановление, которое оставило в городе лишь два специализированных предприятия, имеющих право самостоятельно работать на кладбищах: муниципальное «Городской специализированный комбинат похоронных услуг» (ГСКПУ) и частную фирму «Зодиак», неоднократного победителя конкурсов органов власти на обслуживание похорон.


Первое постановление лишило право предоставлять похоронные услуги семь юрлиц, которые имели «побочные специализации». Второе — еще три, самые крупные на рынке: «Похоронное бюро» и «Кристалл-2», а также филиал московской «Военно-мемориальной компании».

Гиганты ритуального подряда не выдержали такого дерзкого рейдерства — и впервые за астраханскую историю этого специфического бизнеса вытащили скандал в публичную плоскость.

«Похоронное бюро» — ветераны отрасли, зарегистрированы как частный бизнес аж в 1987 году, когда юридически частного бизнеса еще не существовало. В 2002 году получили свидетельство как ООО «Специализированное предприятие «Похоронное бюро». До 2013 года было семейным делом астраханцев Паниных. Юридически — компания здравствует по сей день.

ООО ПКФ «Кристалл-2» создано в 1992 году астраханцем Михаилом Савиным. В 2007 году он будет вынужден закрыть фирму. Однако в 2009 вместе с партнером откроет новую, ООО ПКФ «Монумент плюс», с тем же основным видом деятельности: «Организация похорон и предоставление связанных с ними услуг».

ООО ПКФ «Зодиак» — тоже старейший представитель своего дела. Учредитель, Александр Иванов зарегистрировал юрлицо в 1995 году и управлял компанией вместе с братом Виктором до, согласно налоговой, 2016 года. Александр Иванов контролирует компанию до сих пор, только 40% уже три года как отданы гендиректору Елене Воронцовой.

Московское АО «ВМК» было создано в 1997 году большой группой малых предпринимателей и работает в подавляющем большинстве регионов. Астраханский филиал как самостоятельное лицо закрыт в 2009 году. В эти самые дни 2019 года кредиторы «Военно-мемориальная компании» вот уже несколько месяцев последовательно банкротят когда-то всероссийского титана кладбищенского бизнеса.

Финансовые показатели частных похоронных контор — вообще отдельная история. Московская «Военно-мемориальная компания» демонстрировала до прошлого года выручку в сотни миллионов рублей, в 2015 году оборот даже достиг одного миллиарда. У астраханских конкурентов, всех трех перечисленных — в отчетности либо нули, либо скромные несколько миллионов рублей за год. Посмотришь на документы — как будто с начала регистрации юрлица почти ничего владельцам так и не перепало.

Не по-пацански

В июле 2006 года заседание совета по предпринимательству при губернаторе Астраханской области внезапно оказалось посвящено ритуальным услугам.

Гендиректор «Похоронного бюро» Вячеслав Панин выступил с докладом: благодаря козням мэрии МУП «ГСКПУ» подмял под себя все, частный бизнес теряет заказы.

«Это грабители попавших в беду астраханцев!» — возмущался бизнесмен.

Оказалось, что, воспользовавшись монопольным положением, МУП 22 мая резко подняло плату за копку могил. Конкурентам предлагалось покупать эту услугу по новым ценам: копка вручную подорожала на 200%, экскаватором — на 325%. До 5 и 3 тысяч рублей соответственно.

Для сравнения, в более крупных и богатых городах Юга России цены на то же самое были ниже. В Краснодаре городское МУП «Ритуальные услуги» просило 470 рублей за  рытье  могилы экскаватором и 1700 рублей за  рытье  вручную. В Ставрополе МУП «Обелиск» установило цены в 997 рублей за  вручную летом и 2828 рублей за вручную зимой, а за работу экскаватором и вовсе 345 рублей.


Это еще ладно, негодовал частный астраханский бизнес. Самая дешевая льготная могила, согласно расценкам ГСКПУ, стоила теперь 1,1 тысячу рублей. Тогда как государство законом «О погребении и похоронном деле» гарантировало бесплатное погребение не дороже 1,8 тысячи рублей. Как в 700 рублей физлицу уложить собственно гроб, крест, венки, бальзамирование, отпевание?

«До того мы считали, что надо всем собраться и вытеснить общего врага, пришлую «ВМК» с ее агрессивной рекламной кампанией и большими взятками моргам», — говорил один из бизнесменов в кулуарах, добавляя, мол, МУП, давний партнер, с которым все давно было поделено и взаимовыгодно разграничено, повел себя не по-пацански.

Обиженных мэрией бизнесменов поддержал губернатор Александр Жилкин. Он назвал поведение мэрии «чистейшей воды монополией и диктатурой» и напомнил, что скоро горадминистрации придется решать вопрос о выделении места под кладбища за городской чертой (поскольку на территории города выделенные под кладбища места официально кончились в 2005 году).

«Глядя на происходящее в Астрахани, соседние районы заломят такие цены, что их контора столкнется с той же проблемой, что сейчас предприниматели», — пообещал представителям городской администрации Александр Жилкин.

И дал задание руководителю службы по тарифам разобраться в ситуации.

Но мэрия была тверда. Кризиса на рынке на самом деле нет, уверял заместитель астраханского мэра по ЖКХ, близкий на тот момент сподвижник Сергея Боженова Виктор Яковлев.


Со сменой руководства МУП ГСКПУ и «реформой похоронного дела» жалоб от простых клиентов стало меньше. «Отношения между предприятиями — кто сколько с кого берет — это дело самих предприятий», — заметил Виктор Яковлев.

1023% рентабельности

Предприятия пожали плечами и пошли в арбитраж плюс Федеральную антимонопольную службу — жаловаться на муниципальный комбинат похоронных услуг.

В арбитраже «Похоронное бюро» и астраханский филиал «ВМК» потребовали отменить внутренний приказ МУП «ГСКПУ» о стоимости копания могил. А также «не производить каких-либо действий по ограничению и препятствию деятельности истцов по погребению умерших и оказанию услуг по погребению на муниципальных кладбищах города Астрахань, в том числе по самостоятельной подготовке могил на муниципальных кладбищах».

Простыми словами: прекратите наезд, пустите нас самих копать за какую-то приемлемую цену.

Параллельно «Похоронное бюро» подала в суд на саму мэрию Астрахани — чтобы та отменила утвержденный весной порядок деятельности муниципальных кладбищ.

Разбирательства шли синхронно и затянулись до конца года.

ФАС приняла жалобу конкурентов ГСКПУ на том основании, что МУП считался монополистом с долей рынка выше 35%. А монополисту, согласно закона о конкуренции, нельзя устанавливать конкурентам ограничивающие конкуренциюцены. Астраханское управление антимонопольной службы возбудило дело.

И обнародовало любопытный документ. Согласно  смете  на земляные работы, входящие в перечень похоронных услуг, составленной  ГП АО «Астраханьавтодорпроект», на 1 мая 2006 года «стоимость на разработку грунта  механизированным способом при обустройстве одной могилы» выходила 84 рублей, а  вручную – 355 рублей. И все это уже — с учетом  рентабельности  в размере  45%.


Таким образом, делала выводы ФАС, цены в 3 и 5 тысяч рублей за выкапывание одной могилы превышают затраты МУП ГСКПУ на соответственно в 11,8 и в 3,4 раза соответственно, уровень рентабельности достигает 1023% и 233,8%.

Больше того, МУП ГСКПУ еще и получал ассигнования из бюджета — поскольку отвечал за захоронение невостребованных трупов. Это еще плюс 7,2 млн рублей в год.

«Пользуясь своим  доминирующим  на  рынке, МУП  ГСКПУ привлекает клиентов путем  дифференцирования цен  на  копку  могил и распространяет среди населения  через средства СМИ информацию о возможности  получения  услуги  по копке могил  бесплатно при условии  заказа у него полного  комплекта  похоронных услуг», — констатировали в ФАС. Нарушение законодательства о конкуренции, похоже, налицо, решили в ФАС.

В итоге 8 сентября МУП ГСКПУ сдал назад. Гендиректор Виталий Тынянов принес в ФАС приказ, которым снизил, по согласованию с мэрией, расценки: 310 рублей за могилу экскаватором и 1777 рублей лопатами.

«Запрет на копку могил другим организациям снят», — добавил гендиректор.

ФАС закончила дело штрафом для МУП на 755 тысяч рублей.

В арбитраже «Похоронное бюро» и «ВМК» пошли с МУП на мировую, прекратив взаимные разборки.

Однако иск против мэрии продолжал слушаться. В первой инстанции она проиграла, попыталась оспорить решение в кассации — и снова проиграла.

За въезд, ограду и крест

Однако не все в мэрии, оказывается, были готовы оставить мысль о переделе рынка ритуальных услуг в покое.

В 2013 году, когда Сергей Боженов уже губернаторствовал в Волгограде, его бывший заместитель Михаил Столяров позволил МУП ГСКПУ снова пойти войной на конкурентов. К тому времени уже действовало практически безразмерное кладбище на Трусово — было где развернуться.

Городской комбинат похоронных услуг просто взял и в десять раз увеличил сборы с предпринимателей, подняв тариф на въезд похоронной процессии на кладбище и введя плату за установку надгробия и ограды.


Местный бизнес в ответ запустил слух, что рынок расчищают под неких ритуальных барыг из Дагестана.

ГСКПУ направил остальным участникам рынка предложение пересмотреть договор на обслуживание мест захоронения в конце марта 2013 года.

По действовавшему до того договору каждая похоронная процессия платила 200 рублей за въезд на территорию любого из городских кладбищ. Считалось, что это плата сразу за все – за право раскопать землю под могилу, поставить крест и ограду.

В новой оферте с 1 апреля предлагалось платить 650 рублей за въезд на кладбище и по 650 рублей за установку любого надгробного сооружения. То есть на православном кладбище пришлось бы заплатить 650 рублей за крест и 650 рублей за ограду. Итого вместо 200 – минимум 1950 рублей за одни похороны. Также в проекте договора говорилось, что ГСКПУ должен предварительно осмотреть место для могилы и проверить техническую возможность водрузить крест и ограду.

Предприниматели отказались подписывать новый договор. 11 апреля они сообщили об этом в письме на имя главы ГСКПУ и заодно – в жалобе областному прокурору.

“Мы категорически не согласны заключать договоры, – писали возмущенные авторы. – Увеличение стоимости услуг МУПа значительно увеличит стоимость работ по установке надгробного сооружения”.

И потребовали обеспечить “свободный проход и проезд на территорию кладбищ”. Письмо подписал 21 участник рынка, не только герои разборок 2006 года, но буквально, до последнего ИП.

ГСКПУ в ответе за подписью и.о. директора Павла Осипова привел калькуляцию: заезд процессии на кладбище стоит как раз около 650 рублей, учитывая зарплату главного инженера, начальника и юриста кладбища, расходы на выдачу бумажного квитка, амортизацию асфальта, “накладные расходы” и НДС.

МУП имел право на подобное, поскольку, настаивал Павел Осипов, — поскольку комбинат отвечает за всю инфраструктуру кладбищ – “заборы, ограждения, асфальтовые дорожки, общественные туалеты”


А главное, у компаний и предпринимателей уже действовали договоры с ГСКПУ — с того самого 2006 года. Пойдя тогда на мировую, частный бизнес согласился на договоры, где были прописаны 200 рублей за въезд. Однако, согласно условиям, МУП имел право менять расценки.

“Плату за въезд на кладбище вообще никто собирать не имеет права – ни с посетителей, ни с предпринимателей. Мы платим налоги как малый бизнес, у меня выходит 260 000 в год, — этого вполне достаточно!” — возмущалась индивидуальная предпринимательница Ирина Николаева.

14 мая возмущенные предприниматели разом порвали действующие договоры “о платном техническом контроле”, направив МУП соответствующую ноту.

“Услуги ГСКПУ по содержанию кладбищ и та
к уже оплачиваются из средств местного бюджета”, – настаивали предприниматели в своем новом обращении на имя директора.

Одновременно в письме на имя губернатора Александра Жилкина предприниматели высказали опасение, что ГСКПУ собирается стать частным предприятием: “Рейдерский захват и монополизация рынка похоронных услуг приведет к кратному увеличению цен на ритуальные услуги для астраханцев!”

«Здэсь вас не будэт!»

Якобы, рассказывали предприниматели, что в ГСКПУ с ними встречался некий житель Дагестана, который представился инвестором и рассказал, что собирается вложить в комбинат 800 млн рублей, чтобы затем приватизировать.

“Дагестанец подъезжал к нашим ребятам, работавшим на трусовском кладбище и говорил “Вас здэсь не будэт работать!””, — делал круглые глаза один из астраханских бизнесменов.

Кризис рынка дошел до того, что 9, 12 и 14 мая на кладбища не пускали вообще никакие автомобили. “У входа расхаживали крепкие молодые люди с футболками “Астраханская станица””, — говорили предприниматели, забыв про дагестанцев.

За подзахоронение в могилы на старых, закрытых кладбищах в эти дни в ГСКПУ просили не 10 000 рублей, как еще осенью, а уже 40 000. За крест вместо 1200 – 1800 рублей, венок стоил вместо 600 – 800 рублей.

“В марте пришло новое руководство, все поменялось, — объясняли журналистам в ГСКПУ. — Если что — цены согласованы с мэрией”.

Однако на этот раз именно мэрия сдала назад.


Фото: astrgorod.ru. Геннадий Диденко — в центре


Заместитель мэра Геннадий Диденко в своем письме прямо посоветовал не заключать с ГСКПУ никакие новые договоры.

17 мая на переговорах между бизнесом и чиновниками снова удалось добиться перемирия и относительно смиренной тишины на кладбИщах.

А окончательную жирную запятую в переделе рынка ритуальных услуг поставил осенью того же года арест мэра Михаила Столярова. Напомним, его задержали на выходе из ресторана, где мэр договаривался с московским предпринимателем, пожелавшим обустроить в районе кладбища на Рождественского крематорий.

В 2015 году предприниматели начали жаловаться на подорожание услуг моргов. Но это уже, как у нас водится, другая история с другими участниками.


Всего на астраханском ритуальном рынке в легальном поле работает больше 100 игроков, в подавляющем большинстве — занимающиеся, например, изготовлением венков ИП. Среди крупных есть еще компании «Гранит» (принадлежит Алеку Бегларяну) и «Демар» (Наиль Газизов и Майя Кузяшева), зарегистрированные в районе кладбища на улице Рождественского. В громкие разборки они громко публично не вмешивались, показывая 1-2 млн рублей выручки в отчетности. Первая сейчас ликвидируется, вторая продолжает работать.

МУП ГСКПУ сейчас тоже ликвидируется. Его имущество выставлено на торги, на распродажу пришли даже заклятые друзья муниципалов из, например, «Похоронного бюро». При этом формально МУП по-прежнему действует и отвечает за мир и покой на астраханских погостах.


                                                                                                                           
Делясь ссылкой на статьи и новости Похоронного Портала в соц. сетях, вы помогаете другим узнать нечто новое.
18+

Яндекс.Метрика