Аргументы и Факты. 12 имен на камне. Новый знак на Алтае напомнил о страшной казни

21.08.2019
Аргументы и Факты. 12 имен на камне. Новый знак на Алтае напомнил о страшной казни
Памятный камень. © / Сергей Зюзин / АиФ. Все фото с сайта  https://altai.aif.ru/society/12_imen_na_kamne_novyy_znak_na_altae_napomnil_o_strashnoy_kazni


Его установили потомки сельчан, убитых 100 лет назад чешскими легионерами.

16 августа в селе Кошелёво на Алтае собрались гости из разных городов страны и ближнего зарубежья. Среди них — потомки сельчан, погибших 100 лет назад от рук чешских легионеров. Именно родственники казненных на свои средства поставили памятный камень, напоминающий о трагедии гражданской войны. Корреспондент АиФ-Алтай побывала на месте событий. 

Страшное утро 1919

Главными авторами идеи стали Геннадий Лупарев из Алматы и Юрий Печин из Новосибирска. Один - внук, другой - троюродный правнук казненного Ивана Лупарева. В сельском клубе в этот день была представлена родословная, насчитывающая аж 394 имени, кровно связанных с этой фамилией. На родину предков, на открытие мемориального знака приехали около 40 представителей лупаревского рода. Самая старшая из гостей — 86-летняя Мария Поликарповна Александрова в своё время показала родне могилку Ивана на кладбище.





Юрий Печин (слева) и Геннадий Лупарев


Юрий Печин (слева) и Геннадий Лупарев Фото: АиФ/ Арина Колокольцева

«В войну мы ходили на кладбище брата хоронить, мне было лет девять, могилу сами копали, отец показал один крест: «Смотри, Маша, здесь лежит наш родственник, которого чехи на куски порубили»», — рассказала Мария Поликарповна корреспонденту АиФ-Алтай..


А вот как запомнил Геннадий Лупарев рассказ о смерти своего деда со слов бабушки Пелагеи:

«Сначала 32-летнего мужчину на глазах жены и детей избивали во дворе. Потом вывели за ворота, там Иван попытался бежать. Каратели его догнали и били уже не только прикладами, в ход пошли штыки и сабли. Соседи после рассказывали, что особенно изощрялся один унтер. Тот не пытался сразу насмерть зарубить жертву, а сёк голову кончиком сабли. Остановились палачи только тогда, когда измученный дед замер на деревенской улице в луже крови».

Потом, по словам Геннадия Павловича, каратели вернулись в дом, чтобы прихватить куриц. Но обомлели.

Музейные экспонаты.


Музейные экспонаты. Фото: АиФ/ Арина Колокольцева

«Во двор вполз перемазанный кровью и пылью мужик, которого они считали уже покойником. Опешившие чехи стали безмолвно наблюдать, что будет дальше. Пелагея, на руках у которой орал грудной младенец — мой будущий отец, кинулась к Ивану. Но солдаты не пустили, она сумела лишь кинуть полотенце. Приподнявшись, дед, обвязав живот, с трудом встав на ноги, принялся запрягать лошадь в телегу. Как бабка поняла, чтобы ехать на другой край села «к фершалу» (фельдшеру). После этого дед упал в телегу и тронул коня. Двое чехов верхом двинулись за ним. Вскоре во двор вновь вошла лошадь с телегой, в которой лежал мой умерший от ран дед...»

Другой родственник из партизан, по словам Лупарева, спасся, нырнув в заросли жгучей крапивы. Каратели прошили их пулями, но лезть не решились.

В тот кровавый день в селе расстреляли и порубили шашками 11 крестьян. Все они были переселенцами с той части села, которую коренные местные прозвали «Рассией». Ещё одной жертвой карателей стала дочь старожилов, 12-летняя Варвара Угарцева. Девочка стояла у окна, когда чехи, уходя из деревни, стреляли по домам.

Краевед Анатолий Муравлев записал со слов старожилов несколько историй спасения кошелёвцев. Так, пожилая жительница Валентина Калачёва рассказала том, как удалось избежать гибели ее свекру. Леонтий Поликарпович поговорил с конвойными, которые шли его расстреливать на польском языке, который он освоил, будучи в плену в годы Первой мировой войны. И легионеры отпустили его, поверив в невиновность.

Жители села пришли на памятное мероприятие.


Жители села пришли на памятное мероприятие. Фото: АиФ/ Арина Колокольцева

А мать Анны Ерохиной рассказывала ей о том, как в 1919-м спасались с грудным дитём, убежав в бор:

«Чехи приехали внезапно. Никто не успел приготовиться, чтобы спрятаться, — рассказывала та. — Когда они стали «шабарчать» по улицам, то, услышав выстрелы, все побежали — кто в бор, кто в забоки.»

За что мстили легионеры

Напомним, что в те годы с весны 1919 года чешские легионеры сосредоточились на обеспечении безопасности железной дороги и её инфраструктуры, формально подчиняясь французскому командованию Антанты.

«Лето 1919 года обострило противоречия между колчаковским режимом и местным населением», — пишет в своем исследовании на эту тему Юрий Печин.

По одной из версий, лютая расправа легионеров стала ответом на диверсию местных партизан, которые накануне сожгли железнодорожный мост, располагавшийся неподалёку от села. По другой — чешские легионеры мстили жителям Кошелёво за то, что те убили трёх их сослуживцев. В деревне поговаривают, что безымянные могилки за забором местного кладбища — чешские.

Из чешской хроники

Барнаульскому исследователю военной истории Евгению Платунову удалось перевести чешские источники на эту тему. Вот как рассказывается об этом в изданной в 1934 году хронике боевых действий Пятого чешского полка:

«1919 г... По дороге севернее Барнаула ситуация обострилась. 15 августа на ст. Тальменскую были высланы 1 батарея, 10 рота и бронепоезд «Прага». В тот же день повстанцы напали на Черепаново, разогнали местное польское отделение (отряд) и уничтожили мосты между Черепаново и Усть-Тальменкою. Бронепоезд «Прага» был там блокирован. На следующий день туда был срочно выслан бронепоезд «Брно». С «Прагой» была телефонная связь.

17 августа: 10-ая рота часть своих людей оставила на поддержку бронепоезда, другая часть роты выехала в Кошелёву, которая была занята повстанцами. Деревню окружили и повстанцев разогнали. В это же время на отделение, оставшееся на магистрали, совершено нападение другой группой повстанцев, которое тоже отразили, потеряв при этом трех лошадей. К вечеру отделение анненковцев опять взяло ст. Черепаново, повстанцы были разогнаны бронепоездом «Прага».

Тот самый бронепоезд


Тот самый бронепоезд Фото: личный архив/ Евгений Платунов

Ах, война, что ты подлая сделала…

В день открытия в клуб привезли старую тетрадку с воспоминаниями о боях гражданской одного из алтайских партизан. Там на одной из страниц были страшные слова «Кровь за кровь». Собравшись у оградки, где теперь стоят сразу два памятника (камень с мемориальной табличкой установили рядом с обелиском в память о погибших во время Великой Отечественной войны) и гости, и местные жители  говорили о том, что пора прекратить разделять людей на «красных» и «белых». Кто-то обратил внимание, что на обоих памятниках одна и та же фамилия. Оказалось, на одной — сорокалетний Климентий  Бледных, застреленный утром 1919, на другой — его сын Михаил, погибший в Великую Отечественную. По словам историка Платунова  своего  отца Михаил потерял в двухлетнем возрасте, а сам похоронен в Венгрии, где в 1945-м умер от  ран…


Автор Арина Колокольцева
                                                                                                                                
Делясь ссылкой на статьи и новости Похоронного Портала в соц. сетях, вы помогаете другим узнать нечто новое.
18+

Яндекс.Метрика