RSS Распечатать

Вскрытие покажет?

Простые решения иногда ведут к сложным последствиям

Как известно, мы сначала создаем проблемы, а потом их мужественно преодолеваем. И только потому, что всегда хотим, как лучше...

В этот классический российский сюжет вполне укладывается ведомственный приказ от 26 сентября 2014 года, в котором есть пункт, предусматривающий обязательное исследование тел всех, кто умер вне лечебного учреждения. Авторство принадлежит полиции, прокуратуре и следственному комитету области. Четвертый подписант — департамент здравоохранения — завизировал документ в силу служебной необходимости, поскольку судмедэкспертиза как организация находится в его ведении.

Вроде, цели безупречны. Можно ли мириться с тем, что бывают случаи, когда человек умирает не своей смертью, и эта криминальная тайна уходит в могилу, а душегуб живет без скорби и печали? Как это исключить? Внешние признаки далеко не всегда позволяют установить истинную причину. Значит, надо, простите за натурализм, всех покойников не просто осматривать, а резать.

Трактор-катафалк

— На ровном месте возник весьма острый и болезненный вопрос, — говорит Владимир АРАПОВ, председатель совета областной организации ветеранов. — Очень много жалоб. Да и как им не быть, если судмедэкспертиза есть лишь в 8 районах из 22? А в отдаленных районах есть еще более отдаленные деревни. И в таких условиях родственникам приходится возить усопшего туда-сюда. Все это трудно, стоит денег. Да и времени, ведь в моргах увеличились очереди на вскрытие. Неудивительно, что время от времени где-нибудь происходят дикие случаи. Так, в Мошенском районе везли тело в ковше трактора! Посмертная честь для заслуженной учительницы! В Любытинском районе, нарушив приказ, похоронили человека без вскрытия. Могилу эксгумировали, труп увезли. Ничего криминального не нашли, позвонили родственникам, мол, забирайте. А те: «Нетушки, как раскопали, так теперь сами и...».

Не по-христиански

Пестовчане обратились с письмом к руководству области и прокуратуры. Более 300 подписей. По словам председателя совета ветеранов оптико-механического завода Зинаиды ПАВЛОВОЙ, особенно возмутил случай с участником Великой Отечественной войны, которого похоронили, даже не одев. Так, костюм накинули сверху. Погребение было уже затемно. Без близких, друзей, соседей.

— И как можно укорять за это вдову после того, что она пережила? — спрашивает Зинаида Федоровна. — Мы вдвоем с нею вытаскивали тело из угла в морге — там целый штабель лежал. Паталогоанатом, человек преклонных лет, отказался помогать. Его можно понять. Он — из Хвойной. Пестовский и Мошенской районы — тоже на нем. Где взять столько времени и сил?

Другой пример: пожилой онкобольной, скончался в день выписки из больницы в областном центре. По дороге домой, в машине. Внезапно затих на заднем сиденье. Это же не койка в стационаре. Исследовать!

«Мы, ветераны, не заслужили такого унизительного, черствого, недостойного отношения к погребению», — говорится в письме. Когда не до обрядов с похоронами на третий день; с последней ночью, которую душа должна провести дома; с отпеванием...

Приказано, и всё тут

В прокуратуре корреспонденту «НВ» пояснили, что к ним не поступало обращений от граждан по поводу приведенных выше случаев. Следовательно, трудно судить об их достоверности. Хорошо, а сам по себе тот факт, что на значительной территории области нет условий, чтобы выполнять ведомственный приказ, не вызывая социальную напряженность, — это известно?

Старший прокурор отдела по надзору за уголовно-процессуальной и оперативно-розыскной деятельностью Денис ПАЖЕТНЫХ рассказывает о письме прокурора области Андрея Кикотя, предложившего властям обеспечить транспортировку умерших за счет государства. О последовавшем затем совещании, где говорилось о необходимости создания для этого служб при ЦРБ. Как и о другой насущной надобности — увеличить численность экспертов в штате БСМЭ.

Иными словами, в прокуратуре исходят из осознания собственной правоты. Поэтому пусть власти сделают то-то и то-то. В духе ведомственного приказа.

Хотя это документ регионального уровня, он не противоречит федеральному законодательству. Генеральная прокуратура в этом вопросе поддерживает позицию коллег из области.

Собеседник вспоминает, как в прошлом году, благодаря экспертизе, вопреки первоначальному заключению о смерти, удалось выявить убийство. Например, 89-летняя женщина умерла вовсе не от старости — ее задушили. Подобных случаев не так много, но они есть.

Плюс приказа также и в повышении достоверности общей информации о причинах смертности. Прежде бывали вопиющие случаи, когда заключения о смерти выдавались без осмотра покойного.
Дело за малым

Ну да, осталось лишь подтянуть материальную базу. Письма написаны, задачи обсуждены.

Начальник ГОБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» Игорь ГУГНИН очень хочет заполнить с десяток вакансий экспертов. Как минимум с десяток. Есть на примете два переселенца с Украины, они сейчас оформляют российское гражданство. Где взять остальных? Луганск столько не потянет.

— Нагрузка на нашу службу выросла более чем вдвое, — отмечает Гугнин. — А прочие условия остались те же. Кадры, оборудование, помещения — материальная база требует серьезного усиления. Самый проблемный «куст» — Старая Русса. В городе сейчас строят новый морг, однако, скажем, для Поддорья все равно будет далековато. То есть хотя бы еще в одном районе на старорусском направлении надо иметь постоянного специалиста. По Крестцам, Сольцам, да и по ряду других районов надо решать вопрос. Тут все понятно, ведь видно же, откуда поступают жалобы.

Пестово, куда эксперт по графику приезжает два раза в неделю, начальник БСМЭ считает не худшим вариантом.

Кто и когда профинансирует укрепление экспертной службы? Внятного ответа пока нет. И дело тут не только в сложной экономической ситуации. Возможно, судмедэкспертиза станет федеральной структурой, еще несколько лет назад предполагалось ее переподчинение Минздраву. В этой связи насколько вообще актуальны «прокурорские» идеи вроде создания служб транспортировки умерших при ЦРБ?

К слову, федеральный закон от 1996 года предусматривает доставку за государственный счет тела из морга на кладбище. О том, каким образом усопший попадает к месту проведения экспертиз, закон ничего не говорит. Из чего не следует, что это обязанность родственников покойника, не так ли? А ну пренебрегут моральными обязательствами? Скажут, мол, вам надо проводить экспертизу, вы и везите? Хоть участковый, хоть кто другой — нам какое дело? И что, обяжем строгим приказом самого покойника являться?

Перегиб и парадокс

Руководитель департамента здравоохранения Галина МИХАЙЛОВА не считает обязанностью своего ведомства транспортировать умерших.

— Такой вопрос обсуждался, но решения еще нет, — уточняет она. — Минимум две машины в каждом районе. Водители, грузчики. И миллионы, миллионы дополнительных средств. Будет принято решение создать такую службу, будут выделены деньги — будем всех возить. Хотя, на мой взгляд, это неправильно, не наше дело. Согласна, что необходимо четко выявлять причины любой смерти. Нам нужна правда, без ретуши в заключении о смерти вроде сердечной недостаточности, когда у человека на самом деле — цирроз печени. Но нужно учитывать и многие другие обстоятельства. Допустим, как обязательное вскрытие согласуется с правами человека?

Вот об этом и спросим уполномоченного по правам человека в Новгородской области Галину МАТВЕЕВУ.

— Думаю, что это требование — «всех подряд» — их нарушает. Кто может воспрепятствовать гражданину при жизни изъявить и нотариально оформить волю о том, чтобы он был погребен без вскрытия? Конечно, это может вступить в противоречие с законом, когда медики и полицейские предполагают насильственную смерть. Но почему это предположение должно иметь тотальный характер? Что это как не перестраховка? Я общалась с коллегами из других регионов, и многие ответили мне, что у них такой проблемы просто нет. Как нет и такого ведомственного приказа. У нас же в какой район ни приедь, обязательно спросят про обязательную судмедэкспертизу. Шимск шумит, Батецкий, Малая Вишера... Приехала в Демянск — подходит женщина и спрашивает о том же: «За что нам такая кара?!». Я ее словами говорю, так люди это воспринимают. Рассказывают о своих родителях, которые плачут: «Доченька, когда я умру, не отдавай меня, пожалуйста, под нож!». Это очень тонкий вопрос: тут и личное отношение человека, и традиции наши.

Нельзя же одну только борьбу с криминалом ставить во главу угла.

* * *

Традиции традициями, но, скажем, жители областного центра не протестуют. В городе все понятно, ритуальные услуги организованы. И никому не надо везти умершего близкого человека на экспертизу по непролазной грязи, не надо форсировать лесную речку, много чего не надо.
До конца апреля Галина Матвеева планирует организовать межведомственное совещание. И совещаться надо. И БСМЭ помогать. Чего точно не надо, так это будоражить население. А может, нашим уважаемым силовикам все-таки согласиться поправить свой приказ? Говорят же, что не бывает правил без исключений.


Источник

22.04.2015


 


Для профессионалов похоронной отрасли

Опрос дня

Хотели бы вы заключить прижизненный договор?






  


События в мире

Уход за памятниками и захоронениями в Беларуси

cae?uou
Яндекс.Метрика
Ni?aai?iee ?eooaeuiuo oneoa ?in?eooae