RSS Распечатать

Вскрытие покажет?

Простые решения иногда ведут к сложным последствиям

Как известно, мы сначала создаем проблемы, а потом их мужественно преодолеваем. И только потому, что всегда хотим, как лучше...

В этот классический российский сюжет вполне укладывается ведомственный приказ от 26 сентября 2014 года, в котором есть пункт, предусматривающий обязательное исследование тел всех, кто умер вне лечебного учреждения. Авторство принадлежит полиции, прокуратуре и следственному комитету области. Четвертый подписант — департамент здравоохранения — завизировал документ в силу служебной необходимости, поскольку судмедэкспертиза как организация находится в его ведении.

Вроде, цели безупречны. Можно ли мириться с тем, что бывают случаи, когда человек умирает не своей смертью, и эта криминальная тайна уходит в могилу, а душегуб живет без скорби и печали? Как это исключить? Внешние признаки далеко не всегда позволяют установить истинную причину. Значит, надо, простите за натурализм, всех покойников не просто осматривать, а резать.

Трактор-катафалк

— На ровном месте возник весьма острый и болезненный вопрос, — говорит Владимир АРАПОВ, председатель совета областной организации ветеранов. — Очень много жалоб. Да и как им не быть, если судмедэкспертиза есть лишь в 8 районах из 22? А в отдаленных районах есть еще более отдаленные деревни. И в таких условиях родственникам приходится возить усопшего туда-сюда. Все это трудно, стоит денег. Да и времени, ведь в моргах увеличились очереди на вскрытие. Неудивительно, что время от времени где-нибудь происходят дикие случаи. Так, в Мошенском районе везли тело в ковше трактора! Посмертная честь для заслуженной учительницы! В Любытинском районе, нарушив приказ, похоронили человека без вскрытия. Могилу эксгумировали, труп увезли. Ничего криминального не нашли, позвонили родственникам, мол, забирайте. А те: «Нетушки, как раскопали, так теперь сами и...».

Не по-христиански

Пестовчане обратились с письмом к руководству области и прокуратуры. Более 300 подписей. По словам председателя совета ветеранов оптико-механического завода Зинаиды ПАВЛОВОЙ, особенно возмутил случай с участником Великой Отечественной войны, которого похоронили, даже не одев. Так, костюм накинули сверху. Погребение было уже затемно. Без близких, друзей, соседей.

— И как можно укорять за это вдову после того, что она пережила? — спрашивает Зинаида Федоровна. — Мы вдвоем с нею вытаскивали тело из угла в морге — там целый штабель лежал. Паталогоанатом, человек преклонных лет, отказался помогать. Его можно понять. Он — из Хвойной. Пестовский и Мошенской районы — тоже на нем. Где взять столько времени и сил?

Другой пример: пожилой онкобольной, скончался в день выписки из больницы в областном центре. По дороге домой, в машине. Внезапно затих на заднем сиденье. Это же не койка в стационаре. Исследовать!

«Мы, ветераны, не заслужили такого унизительного, черствого, недостойного отношения к погребению», — говорится в письме. Когда не до обрядов с похоронами на третий день; с последней ночью, которую душа должна провести дома; с отпеванием...

Приказано, и всё тут

В прокуратуре корреспонденту «НВ» пояснили, что к ним не поступало обращений от граждан по поводу приведенных выше случаев. Следовательно, трудно судить об их достоверности. Хорошо, а сам по себе тот факт, что на значительной территории области нет условий, чтобы выполнять ведомственный приказ, не вызывая социальную напряженность, — это известно?

Старший прокурор отдела по надзору за уголовно-процессуальной и оперативно-розыскной деятельностью Денис ПАЖЕТНЫХ рассказывает о письме прокурора области Андрея Кикотя, предложившего властям обеспечить транспортировку умерших за счет государства. О последовавшем затем совещании, где говорилось о необходимости создания для этого служб при ЦРБ. Как и о другой насущной надобности — увеличить численность экспертов в штате БСМЭ.

Иными словами, в прокуратуре исходят из осознания собственной правоты. Поэтому пусть власти сделают то-то и то-то. В духе ведомственного приказа.

Хотя это документ регионального уровня, он не противоречит федеральному законодательству. Генеральная прокуратура в этом вопросе поддерживает позицию коллег из области.

Собеседник вспоминает, как в прошлом году, благодаря экспертизе, вопреки первоначальному заключению о смерти, удалось выявить убийство. Например, 89-летняя женщина умерла вовсе не от старости — ее задушили. Подобных случаев не так много, но они есть.

Плюс приказа также и в повышении достоверности общей информации о причинах смертности. Прежде бывали вопиющие случаи, когда заключения о смерти выдавались без осмотра покойного.
Дело за малым

Ну да, осталось лишь подтянуть материальную базу. Письма написаны, задачи обсуждены.

Начальник ГОБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» Игорь ГУГНИН очень хочет заполнить с десяток вакансий экспертов. Как минимум с десяток. Есть на примете два переселенца с Украины, они сейчас оформляют российское гражданство. Где взять остальных? Луганск столько не потянет.

— Нагрузка на нашу службу выросла более чем вдвое, — отмечает Гугнин. — А прочие условия остались те же. Кадры, оборудование, помещения — материальная база требует серьезного усиления. Самый проблемный «куст» — Старая Русса. В городе сейчас строят новый морг, однако, скажем, для Поддорья все равно будет далековато. То есть хотя бы еще в одном районе на старорусском направлении надо иметь постоянного специалиста. По Крестцам, Сольцам, да и по ряду других районов надо решать вопрос. Тут все понятно, ведь видно же, откуда поступают жалобы.

Пестово, куда эксперт по графику приезжает два раза в неделю, начальник БСМЭ считает не худшим вариантом.

Кто и когда профинансирует укрепление экспертной службы? Внятного ответа пока нет. И дело тут не только в сложной экономической ситуации. Возможно, судмедэкспертиза станет федеральной структурой, еще несколько лет назад предполагалось ее переподчинение Минздраву. В этой связи насколько вообще актуальны «прокурорские» идеи вроде создания служб транспортировки умерших при ЦРБ?

К слову, федеральный закон от 1996 года предусматривает доставку за государственный счет тела из морга на кладбище. О том, каким образом усопший попадает к месту проведения экспертиз, закон ничего не говорит. Из чего не следует, что это обязанность родственников покойника, не так ли? А ну пренебрегут моральными обязательствами? Скажут, мол, вам надо проводить экспертизу, вы и везите? Хоть участковый, хоть кто другой — нам какое дело? И что, обяжем строгим приказом самого покойника являться?

Перегиб и парадокс

Руководитель департамента здравоохранения Галина МИХАЙЛОВА не считает обязанностью своего ведомства транспортировать умерших.

— Такой вопрос обсуждался, но решения еще нет, — уточняет она. — Минимум две машины в каждом районе. Водители, грузчики. И миллионы, миллионы дополнительных средств. Будет принято решение создать такую службу, будут выделены деньги — будем всех возить. Хотя, на мой взгляд, это неправильно, не наше дело. Согласна, что необходимо четко выявлять причины любой смерти. Нам нужна правда, без ретуши в заключении о смерти вроде сердечной недостаточности, когда у человека на самом деле — цирроз печени. Но нужно учитывать и многие другие обстоятельства. Допустим, как обязательное вскрытие согласуется с правами человека?

Вот об этом и спросим уполномоченного по правам человека в Новгородской области Галину МАТВЕЕВУ.

— Думаю, что это требование — «всех подряд» — их нарушает. Кто может воспрепятствовать гражданину при жизни изъявить и нотариально оформить волю о том, чтобы он был погребен без вскрытия? Конечно, это может вступить в противоречие с законом, когда медики и полицейские предполагают насильственную смерть. Но почему это предположение должно иметь тотальный характер? Что это как не перестраховка? Я общалась с коллегами из других регионов, и многие ответили мне, что у них такой проблемы просто нет. Как нет и такого ведомственного приказа. У нас же в какой район ни приедь, обязательно спросят про обязательную судмедэкспертизу. Шимск шумит, Батецкий, Малая Вишера... Приехала в Демянск — подходит женщина и спрашивает о том же: «За что нам такая кара?!». Я ее словами говорю, так люди это воспринимают. Рассказывают о своих родителях, которые плачут: «Доченька, когда я умру, не отдавай меня, пожалуйста, под нож!». Это очень тонкий вопрос: тут и личное отношение человека, и традиции наши.

Нельзя же одну только борьбу с криминалом ставить во главу угла.

* * *

Традиции традициями, но, скажем, жители областного центра не протестуют. В городе все понятно, ритуальные услуги организованы. И никому не надо везти умершего близкого человека на экспертизу по непролазной грязи, не надо форсировать лесную речку, много чего не надо.
До конца апреля Галина Матвеева планирует организовать межведомственное совещание. И совещаться надо. И БСМЭ помогать. Чего точно не надо, так это будоражить население. А может, нашим уважаемым силовикам все-таки согласиться поправить свой приказ? Говорят же, что не бывает правил без исключений.


Источник

22.04.2015


 


Новосибирский Завод Специальных Изделий

Для профессионалов похоронной отрасли

Эпитафии

Опрос дня

  1. Хотели бы вы заключить прижизненный договор?
    1. А что это?
      139 (44%)
    2. Да, если бы мне предложили
      96 (31%)
    3. Никогда не задумывался об этом
      43 (14%)
    4. Ни в коем случае
      35 (11%)


События в мире

cae?uou
Яндекс.Метрика
Ni?aai?iee ?eooaeuiuo oneoa ?in?eooae