RSS Распечатать

Смерть носила имя – голод

За неполный год, с осени 1932 года до начала лета 1933 года, от искусственно организованного голода в Украине погибло 10 миллионов наших соотечественников. Умирало 17 людей ежеминутно, 1000 – ежечасно, 25 тысяч – ежесуточно. Двинулась в небо валка повозок, начиненных домашним скарбом, сельскохозяйственным инвентарем, скорбными ликами ангелов. Смерть опустошала деревни и хутора. Живые не успевали хоронить мертвых. Смерть без войны, без засухи или потопа, или какого-либо другого стихийного бедствия. Смерть носила имя – голод.
«Нині пророче перо мочається у людську кров і на скрижалях доби виписує одне слово: хліб».

За неполный год, с осени 1932 года до начала лета 1933 года, от искусственно организованного голода в Украине погибло 10 миллионов наших соотечественников. Умирало 17 людей ежеминутно, 1000 – ежечасно, 25 тысяч – ежесуточно. Двинулась в небо валка повозок, начиненных домашним скарбом, сельскохозяйственным инвентарем, скорбными ликами ангелов. Смерть опустошала деревни и хутора. Живые не успевали хоронить мертвых. Смерть без войны, без засухи или потопа, или какого-либо другого стихийного бедствия. Смерть носила имя – голод.

«А ще того самого дня у селі стався похорон. Несли велику домовину, а в ній замість мерця клали у землю хліб. Хай охоронює його святість і недоторканність мертвих. Ті, мабуть, не встануть і не виберуть. Над селом тиша...»

Таким нечеловеческим способом, лишив крестьянина всякой надежды выжить на одной из самых богатых земель в мире, тогдашняя власть пыталась нанести смертельный удар украинскому крестьянству как основе нации.
«Коллективизация и раскулачивание, голодомор, репрессии против интеллигенции и крестьянства разрушили большой пласт традиционной украинской национальной культуры – ритуалов, обрядов, праздников, традиций, - говорит директор Государственного архива Хмельницкой области Петр Слободянюк. - Село с его старинными этнокультурными достижениями вместе с потерей изначального земледельца потеряло и морально-психологическую устойчивость, и этническую самобытность. С ликвидацией настоящего хозяина земли, который от древних своих славянских предков знал все земледельческие премудрости, хранил, приумножал и передавал глубинные знания уникальной украинской этнической и земледельческой крестьянской культуры, украинской нации был нанесен невосполнимый ущерб. После такого апокалипсиса она еще долго не сможет восстановить свой этнокультурный генофонд, свою автохтонность, подняться из духовной, а после Второй мировой войны и физической руины».

«Це було в останньому році п’ятирічки... Літо минало. Країна нічого не думала, нічого не знала, крім думи про хліб. Хліб, хліб і хліб. Україна вкрита бур’янами. З Москви б’ють тривогу – “Україна позорно отстайот! Партія і вся страна ждут от України полнава випалнєнія плана хлєбазагатовак... К кулакам і іх пасобнікам нада прімєнять самиє жестокія мери воздєйствія...”»

Вымерла почти треть тогдашнего народа Украины. Теперь становится очевидным, что от голода, массовых репрессий, депортаций украинский народ потерял значительно больше, чем за три года Первой мировой и гражданской войн, вместе взятых. Смертность детей достигала, по подсчетам, 50-ти процентов и более от общего количества умерших. Те страшные годы – не историческое прошлое, а незажившая рана украинского народа, большой болью пронизывающая память многих поколений. Но мы не в силах постичь настоящего ужаса, перед которым с глазу на глаз оказались тогда украинцы. Мать собственноручно убивает самого слабого из своих пятерых детей и варит, спасая остальных четверых... Из дома крестьянина вымели последнее зернышко, его село окружено кольцом стражей, его дети просят кушать... Такое невозможно принять. Это сверх человеческого представления о том, до какой степени черная душа может быть каменной.

«— Прийшла до неї, а вона на постелі лежить. Гукаю: “Надіє!” Не чує. Кличу. Нарешті розплющила очі і так засміялася, так, знаєш, страшно засміялася. А де, питаю, мале? А вона нічого не розуміє. Яке, каже, мале? А Христуся ж де? Засміялася знов: “Нема Христусі. Нема вже її...”
Корній зробив великі очі.
— Нема? Що ти кажеш? Як же так? Як же так можна? — кричав Корній.— Тож так не можна!..
— З’їла вчора того пляцка. Там дерево було. Дитина ж. Взяло, каже, і скрутило. Але... — Марія нахилилася до Корнія і шептала: — Вона задушила його... Задушила... Дитя мучилося, і задушила. Дика така. Підеш до неї. Вона не хоче вже їсти, лається і сміється...
Марія розвела руками. Корній запер віддих. Слухав, і здавалося, сниться страшний сон».

Почему меньше, чем за полвека в Украине возникли три голодомора: 1921-1923, 1931-1933, 1946-1947 годов? Как могло случиться, что страна-экспортер зерна не могла спасти своих же людей от голода? Урожая вполне хватало дня обеспечения продовольствием населения Украины. Кроме того, хлеба и других продовольственных ресурсов было достаточно в других союзных республиках, а также достаточно было централизованных государственных финансовых и валютных средств, чтобы не допустить массового мора украинцев. Ведь, как свидетельствуют архивные документы, валовой сбор зерновых в Украине в 1932 году составил 147 миллионов центнеров, тогда как план хлебозаготовок республике установили, по настоянию Сталина, 267 миллионов.

За годы коллективизации поголовье скота сократилось почти вдвое, в пользовании крестьян по дворам – в 8 раз. Продовольственная база республики теряла свои позиции, голод проникал в города. В марте 1933 года 48% колхозов Украины не рассчитались с людьми. На «черную доску» заносили села, которые саботировали хлебозаготовки. В 85 районов Украины были запрещены поставки продуктов питания. Без справки сельсовета крестьянин не имел права покинуть деревню.

А что же в селах оставили людям есть? Листья с вишен, спорыш, молодой камыш, ботву, гнилую картошку, ели корни деревьев, лебеду, почки, болотные травы и животных...

«Античеловеческая политика порождала античеловеческую психологию и мораль, - рассказывает Петр Слободянюк. - Массовые нарушения человеческой психики, доведения людей до крайних пределов человеческого облика, до состояния дикости и полной духовно-нравственной деградации иллюстрируются многочисленными фактами людоедства, детоубийства, людоедства, трупоедства. К середине мая 1933 года, по достаточно заниженным официальным данным, был зафиксирован 71 случай людоедства и 9 случаев трупоедства только в восточных и центральных районах Подолья, то есть на самых плодородных украинских землях».


«26258-й день... день останній, день кінця. Тридцять днів гаснула сама Марія — покинута, одинока. Заходяче сонце не забуло Марії, заглянуло до неї і довго цілувало її сухе, жовте обличчя. Розплющила востаннє очі і всміхнулася. І чим більше западало сонце, тим ширше і ширше відкривалися очі. Повільно наступала ніч... Ніч вічності. Спить Марія? Ні, Марія не спить. Вона вже не спить третю ніч. Марія лежить на купі розкиданого на ліжнику лахміття і впалими, широко розкритими норами очей дивиться у залите місячним сяйвом вікно.

Надворі цвітуть сади, південь дихає пареним у цвіту вітром, і жаріє над суходолами й морями повний, тяжкий місяць.

Довго, довго виривалася з життя Марія. Перетинається окремо кожний нерв. Мідяне холодне сяйво місяця облило холодом роздуті, з розчепіреними пальцями ноги... З напруженням рветься останній нерв. Гасне поволі місяць, зникають одна за другою з голови думи, зливаються у чорну пляму, без початку і кінця... Плющаться і грузнуть очі, холонуть засохлі уста, западають груди, серце робить останній удар...

Марії не стало...»


С 1917 до 1955 насильственной смертью погибли каждый второй украинец и каждая четвертая украинка. Однако до сих пор многие из нас стесняются называть преступлением действия режима, который уничтожал людей. Умышленное затягивание решения этого вопроса является лишь внешним проявлением остатков разрушительной коммунистической идеи в сердцах украинцев. Помнить о прошлых голодоморах – это помнить, кто их создал. По поднятым сегодня архивным документам, организацию Голодомора собственного народа осуществляли одурманенные компартийной идеологией, неграмотные партийные активисты. Ведь, согласно переписи 1927 года, свыше 90% коммунистов были неграмотными или имели лишь начальное образование.

Не в этом ли также кроется национальная трагедия геноцида, поддерживаемого и осуществляемого невеждами собственной нации? Ведь образованный, культурный, духовный человек никогда не поднимет руку на другого, невинного, человека, не поставит себя на службу врагу, колонизатору, захватчику, не будет предателем собственного народа.

Страшно, но Украина, которая в тридцатых годах разразилась от боли и ужаса голода, почти девяносто лет спустя снова смотрит на несобранные поля пшеницы и слышит отчаяние людей, отброшенных далеко за черту бедности.


«Слово моє не для вас. Слово моє для мертвих і ненароджених. Слово моє прийдучим вікам. Затямте, ви, сини і дочки великої землі... Затямте, гнані, принижені, затямте, витравлювані голодом, мором!.. Нема кінця нашому життю. Горе тобі, зневірений, горе тобі, виречений самого себе!.. Кажу вам правду велику: краще буде Содомові й Гоморрі в день Страшного суду, ніж вам, що відреклися й плюнули на матір свою!..»


26.11.2012


Делясь ссылкой на статьи и новости Полемики в соцсетях, вы помогаете нашему сайту. Спасибо!

Источник: http://polemika.com.ua/article-140548.html

Ваше имя*
Ваш E-mail*
Сообщение*
 
Яр

Для профессионалов похоронной отрасли

Эпитафии

Опрос дня

Хотели бы вы заключить прижизненный договор?






  


События в мире

Уход за памятниками и захоронениями в Беларуси

cae?uou
Яндекс.Метрика
Ni?aai?iee ?eooaeuiuo oneoa ?in?eooae