RSS Распечатать

Видимо, невидимо

В Новосибирском художественном музее открылась выставка южнокорейского художника Чанга Тэ-Саба «О невидимых вещах». В прошлом году эти же работы можно было увидеть в московской Галерее Классической Фотографии, хотя картины профессора Чанга — не совсем фотографии. Это тщательно составленные коллажи из рентгеновских и фотоснимков, цельные высказывания, не вызывающие сомнений в своей арт-подлинности. Познакомиться с автором и его творчеством отправился и корреспондент Сиб.Фм.
Перед тем, как художник выходит к публике, выступают кураторы выставки: новосибирский и московский Сергеи, Тиханов и Мартынов. Они берегут не только наше время, сразу выкладывая суть экспозиции и рассказывая об авторе картин, похоже, они ещё и стараются уберечь профессора Чанга от витиеватых или слишком прямолинейных вопросов. Понятно, почему. Чанг Тэ-Саб — состоявшийся врач, рентгенолог мирового уровня, по-прежнему работает в медицине.
В юности он хотел быть художником, выражать себя в творчестве и заниматься искусством. Но по настоянию отца продолжил семейное дело и стал доктором. Всю жизнь, до 52 лет, успешный специалист не мог забыть о своей мечте. Раз не вышло превратить искусство в профессию, Тэ-Саб превратил профессию — в искусство. Освоив фотошоп, он стал часы и сутки проводить за компьютером, превращая рентгеновские снимки в арт-объекты.
Сергей Мартынов во вступлении легко признается:
— Мы назвали выставку «О невидимых вещах», хотя вообще это название другой выставки, она проходила несколько лет назад, была совершенно о другом, но мне оно показалось очень подходящим.
Туман изысканной двусмысленности стал рассеиваться и прежде всего признание убило мой лучший вопрос художнику, настоящий, он интересовал в первую очередь меня саму: что же здесь, по его мнению, является невидимым? То, что мы видим на рентгене — или то, что мы Думаем, что видим в обычной жизни? В общем, хороший был вопрос.
Я не сдаюсь и всё же предпринимаю попытку заскочить в последний вагон поезда «Восток-Запад» и спрашиваю — раз всё так, а не иначе, может, нам стоит более пристально всматриваться в работы мистера Чанга? Может, он зашифровал там нечто сокровенное, про национальную идентичность, корейскую культуру?
Но стремления взвалить на артиста весь груз ответственности — за свой народ, ремесло, творения — оказываются бессмысленными. Врач высшей категории в искреннем желании создавать красоту просто использует интересные, понятные и доступные ему методы. Рентген — и компьютер.
— На каждую работу уходит несколько суток, — продолжает рассказ Сергей Мартынов, которого профессор публично называет экспертом по своему творчеству. — Чанг как-то показал мне картину и сказал, что потратил на неё сто часов.
Одна из работ называется «Прекрасный день!»: девушка в полный рост с бокалом вина. Силуэт ее дрожит, грозя исчезнуть, как и стенки бокала, а вот скелет и напиток — густые, материальные, четкие. Послание работы настолько хорошо, что хватает секунды, чтобы расхохотаться.
Свои работы Чанг Тэ-Саб иногда печатает ограниченными тиражами на разных предметах. На выставку профессор пришёл в таком галстуке.
Отвечая, знают ли модели о том, как автор использует их снимки, и как к его увлечению относятся коллеги, Тэ-Саб рассказывает:
— Я делаю рентген себя, членов своей семьи, иногда могу привлечь подчинённых. Дозы радиации снижены во много раз, снимок не используется для диагностики, мне нужна просто картинка. В галстуке на работу хожу — пациентам очень нравится. Ну и вообще, в каком-то смысле искусство стало для нашей клиники своеобразной рекламой.
Профессор скромничает, а приглашающая сторона сдает его легко и охотно: семь лет корейский врач педантично и страстно посвящает все свободное время своему увлечению.
Уже сейчас работы мистера Чанга входят в корейские учебники, для своих он — признанный мастер. Для остального мира — желанный гость и интересный современный художник.
Рвущиеся к свету рыбки и мистические ночные цветы, простое обручальное кольцо — поклон, собственно, самому Ренгтену, сделавшему снимок руки жены. Каждый коллаж дополняет название картины. Фигура атлета в замахе могла бы символизировать силу и даже сверхусилие. Но Чанг Тэ-Саб назвал её «Удачи!», не обременённый гордыней творца. За свою модель он не отвечает, он лишь запечатлел момент и надеется, что всё будет хорошо.


Тематики: смертьискусствоживописьжизнь и смертьНовосибирск

25.08.2014


Делясь ссылкой на статьи и новости Полемики в соцсетях, вы помогаете нашему сайту. Спасибо!

Источник: http://polemika.com.ua/article-140548.html

Ваше имя*
Ваш E-mail*
Сообщение*
 
Миртелс

Для профессионалов похоронной отрасли

Опрос дня

Хотели бы вы заключить прижизненный договор?






  


События в мире

cae?uou
Яндекс.Метрика
Ni?aai?iee ?eooaeuiuo oneoa ?in?eooae