«Попытки манипуляции страхом смерти подлые и не работают»

12.09.2021
«Попытки манипуляции страхом смерти подлые и не работают»
НОВОСТИ

Онкопсихолог и основатель Death cafe в России Катерина Печуричко — о том, как пандемия повлияла на восприятие смерти

Death cafe существует в России уже 5 лет, а в Европе — десять. По информации с официального сайта, на сегодняшний день в 79 странах есть свои Death cafe. Начало положила Англия. Британец Джон Андервуд создал социальную франшизу Death cafe, ориентируясь на идеи Бернарда Креттаза, швейцарского антрополога и социолога, который писал о традициях, связанных со смертью. Затем движение «за позитивное отношение к смерти» начало набирать популярность. 

Суть движения в том, чтобы показать людям, что смерть — такая же часть жизни, которую можно и нужно обсуждать, и в этом нет ничего страшного или нездорового. Напротив, диалоги о смерти призваны уменьшить уровень тревоги.

Корреспондент «Новой» поговорила с Катериной Печуричко, основателем Death cafe в России, о смерти, тревоге, страхах и способах справляться с ними.



Катерина Печуричко. Фото из личного архива - Все фото с сайта https://novayagazeta.ru/articles/2021/07/16/popytki-manipuliatsii-strakhom-smerti-podlye-i-ne-rabota...


— Какие переживания, связанные с темой смерти, появились у людей в период пандемии?

— Одно из серьезных переживаний связано с тем, что людей лишили возможности нормально хоронить близких. И оно будет пострашнее смерти. Понятно, что смерть существует, она может отнять близких, но отнять право похоронить, отправить в последний путь — такую ситуацию люди помыслить не могли. Это ввело многих в чудовищную фрустрацию, ведь людям просто обрубили связь с родными. Поэтому они иногда были вынуждены идти на ухищрения: нанимали ритуальные компании, которые полускрытым способом помогали им справить похороны более традиционно — забирали из морга тело в мешке, по дороге на кладбище чуть ли не в чистом поле останавливались, к ним подъезжал вагончик ритуальной конторы, и работники одевали человека, готовили его к похоронам, как положено. И после этого родственники со спокойной душой, те пять человек, которые смогли выбраться, провожали своего близкого.

— Помогает ли снятию табуированности с темы смерти тот факт, что сейчас о ней активно говорят в связи с коронавирусом?

— Нет, не помогает. Меня четыре дня не было в Москве, вчера мы въезжали в город, и я увидела билборды, от которых, если честно, чуть в обморок не упала — кампания создана с упором на страх смерти. Один из лозунгов такой: «Сколько еще должно умереть, чтобы ты привился?» Попытки манипуляции страхом смерти, во-первых, подлые, во-вторых, не работают. Зато очень сильно повышают уровень тревожности. Тема смерти — из тех, к которым подступиться очень трудно. Все должно делаться исключительно в ситуации потребности человека и в очень бережной для него атмосфере. А когда это происходит посредством угроз, а смерть используется как инструмент запугивания, ничего положительного это дать не может. Тут, конечно, удивительно парадоксальная ситуация. Ведь произнесение слова «смерть» везде расценивают как экстремизм. Под разными публикациями о Death cafe всегда есть комментарии по типу: «Что это за психи собрались?! Сегодня они смерть обсуждают, а завтра пойдут нас убивать!»

И тут внезапно наши власти осмелились показать, что смерть существует, и ею в нос тыкать. Но, конечно, такой подход не сделает людей более адаптивными ни к смерти, ни к жизни.

— Почему вообще важно уметь говорить о смерти без стеснения и страха?

— Потому что у людей есть такая потребность, но им не с кем и негде поделиться своими переживаниями. Ведь считается, что это трудная тема, и если ты начал говорить о смерти, то в лучшем случае у всех испортится настроение. Однако это ложная забота, потому что мы лишь оставляем близких в одиночестве, пытаясь защитить их от разговоров о смерти. Следует верить в людей, ведь они умеют справляться: дети прекрасно адаптируются к жизни, пожилых людей тоже не нужно считать немощными — они всю жизнь справлялись с трудностями. Более того, надо понимать: раз у человека появилась потребность [поговорить о смерти], эти мысли никуда не денутся, а лишь усугубят подавленное состояние. Поэтому ему нужна безопасная возможность осуществить свою потребность в диалоге. Смысл Death cafe — показать, что когда ты эту смерть признаешь как часть жизни, ты и жизнь начинаешь больше ценить. Смерть — это значимое, определяющее жизнь человека событие, и игнорировать его — это игнорировать и жизнь свою в том числе.

Защищаться от смерти — то же, что защищаться от жизни.

— С какого возраста, на ваш взгляд, стоит говорить об этом с детьми?

— Нужно начать говорить тогда, когда появились вопросы. И отвечать на них необходимо не в виде приукрашенной действительности, пытаясь защитить ребенка от такой «страшной» информации.

Одна из прекрасных книг, которая знакомит детей со смертью, — «Самые добрые в мире» (Ульфа Нильсона и Эвы Эриксон. — К. Р.). Там дети создали похоронное агентство и хоронили всех, кого встречали: жучков, кротика, птичку, и один мальчик на ходу сочинял им эпитафии.

Все это было очень бережно, и таким образом дети прочувствовали этот опыт и пошли дальше жить свою жизнь. Это хороший пример того, как ребенок обходится с подобным знанием. Если взрослый в первый момент не превратит всю ситуацию в ужас, ребенок спокойно отреагирует и понесет это ощущение по жизни. Если же родитель закроется, ребенок считает этот ужас. И беда в том, что он еще больше дофантазирует и еще сильнее испугается. А если умер кто-то значимый, ребенок может подумать, что он в чем-то виноват.

У детей дошкольного возраста магическое мышление — они думают, что могут повлиять на восход солнца. И если были какие-то ситуации, когда ребенок ругался, например, с бабушкой, он может решить, что она обиделась и ушла. Это ужасное переживание. Поэтому нужно давать позитивную опору, быть с ним рядом и поддерживать его, но ни в коем случае не отказывать в проживании чувства потери. Попытки защитить наших близких от горя вредят.


Посетители в Death Cafe. Фото: Manitoulin.com


— А есть ли у Death cafe возрастные ограничения?

— Я целенаправленно ставлю ограничение «18+». Потому что в нашей стране, к сожалению, любая просветительская деятельность на тему, которую взрослые боятся, считается пропагандистской и экстремистской.

То есть если ты рассказываешь, как предохраняться, — значит, ты людей толкаешь в грязный секс. Если ты обсуждаешь смерть — значит, ты подростков готовишь к суициду. Абсолютно абсурдное восприятие, потому что все психологические исследования показывают, что разговор — это выход. Это имеет как раз обратный эффект — после разговора о смерти человек начинает больше ценить жизнь.

— Вы устанавливаете тему встречи Death cafe, ведете группу по какому-то направлению, стараетесь делать какие-то акценты или просто даете людям выговориться?

— Моя задача — познакомить людей с форматом, объяснить, что это не психотерапия, не группа горевания, что здесь не будут учить, как обращаться со смертью. Люди приходят на эти встречи, чтобы быть услышанными, чтобы у них была возможность поделиться каким-то опытом и не быть осужденными, не получить в ответ миллион советов. И моя задача как модератора следить, чтобы правила исполнялись, а перед этим рассказать, почему это важно. Ведь именно с такими проявлениями [осуждением, ненужными советами] сталкиваются те, кто поделился своими переживаниями с ближайшим окружением. Порой я выступаю и как участник — если мне хочется откликнуться на чью-то историю, я это делаю, как и остальные.

— Что самое главное в беседе с человеком о смерти?

— Важно быть слушателем. Если у кого-то из ваших близких есть потребность поговорить о смерти, то, во-первых, он сам боится, во-вторых, он может не до конца понимать, чего хочет от этого разговора. Но у него есть интенция поделиться и выплеснуть эмоции, и ему нужен хороший собеседник. А это тот, который слушает, который не пытается его успокоить, «собрать в кучу». Этот собеседник задает вопросы, но не для того, чтобы привести человека к правильному ответу, который сформировался у него в голове. Он убирает в сторону свои концепции и рецепты и пытается понять другого.

Этот идеальный собеседник — как психотерапевт, который не дает рецепт, не пытается лечить, а хочет, чтобы человек сам себя проявил.

— Есть какие-то универсальные способы справиться с тревогой из-за страха смерти?

— Работают общие принципы психотерапии. Для начала нужно делать свои переживания осознанными. Называя свои ужас, тревогу, отчаяние в момент, когда их испытываешь, ты уже нивелируешь часть остроты. А если человек с кем-то делится и не слышит в ответ обесценивания, это его освобождает. Можно также писать письма умершим близким, ездить на могилы и разговаривать с родными. Вроде бы очевидный способ, но истории из Death cafe показывают, что не совсем. Если, конечно, тема смерти вызывает острые реакции (панические атаки и прочее), то надо идти к психотерапевту, ведь это переживание может быть серьезным и требующим профессиональной помощи.

— Заметны ли изменения в тех, кто на постоянной основе посещает встречи?

— Death cafe тем и хорошо, что от человека не требуется изменений на входе и на выходе. Люди могут чувствовать эти изменения и рассказывать о том, что для них было важно на встречах, но могут и не делиться. Как-то один человек поведал историю. Смерть всегда очень пугала его, и он не ходил на похороны близких, потому что это было невыносимо — прощаться и хоронить. И когда у него умер кто-то из родителей, он слетал на эти похороны. А потом рассказал, что если бы не ходил на встречи Death cafe, то не посетил бы и их. Он был удивлен, ведь оказалось, что хоронить не так страшно. И человек приехал с чувством глубокого удовлетворения и благодарности за то, что это событие — его участие в похоронах — произошло.

— Стало ли за время пандемии больше желающих посещать ваши встречи?

— Да. Связываю это с тем, что я стала делать в прошлом году онлайны. С начала пандемии на онлайн-встречи каждый раз собиралось 10–15 человек, и всегда было о чем поговорить. Во многих городах до пандемии проходили офлайновые Death cafe, а когда коронавирус все схлопнул, на региональные онлайн-встречи мало кто перешел. Поэтому те, кто ходил офлайн в других городах, стали ходить ко мне онлайн.

— Можно ли сказать, что в России за более чем четыре года существования Death cafe люди стали иначе относиться к движению «за позитивное отношение к смерти»?

— Мои коллеги, кто этой темой регулярно занимается, — психологи, социологи, антропологи — периодически говорят, что все очень продвинулись уже, всё поняли. Не знаю. Непонятно, что мы имели пять лет назад, в начале работы Death cafe. Если судить по комментариям к публикациям, людям, скажем так, более комфортно стало воспринимать тему смерти через исследовательскую работу.

Когда ученые говорят о смерти, это воспринимается как удовлетворение познавательного интереса. Личные же переживания, истории людей могут возмущать и злить. Очень много комментариев встречается, что это неуместно. Ведь у нас есть либо церковь, либо близкие, которым ты можешь принести свои страхи, а попытки это опубличить, оголить свою душу — вредны и нездоровы. У нас сильны традиции и стереотипы, и, чтобы люди начали эту часть своей жизни [смерть] соотносить с собой, нужны годы и годы. И информация должна распространяться не через один источник, конечно: тут фонд сказал, тут кто-то фильм документальный снял, тут выставка «Некрополь» соревнование по копке могил устроила. Казалось бы, при чем тут оно? Но это все — очеловечивание темы смерти. Тут можно сказать, что и власти со своей рекламой, может, как всегда, неуклюже, но услугу оказывают. Степень того, насколько она медвежья, нам еще предстоит оценить.

А В ЭТО ВРЕМЯ: Мультфильм о горевании

Доула смерти* Саша Уикенден совместно с режиссером Ильей Трибельским приступили к съемкам мультфильма, рассказывающего, как безопасно пережить потерю близкого. Он будет снят на основе памятки по гореванию, которую за два месяца скачали более 95 тысяч человек.

Идея создать мультфильм пришла Трибельскому, когда он изучал информацию о деятельности Уикенден для съемок документального фильма о ней и ее работе и увидел памятку по гореванию. Теперь Илья отвечает за художественную составляющую истории, а Саша — за научную.

«Памятка говорит нам, что это нормально — испытывать все чувства, которые появляются. Нормально рыдать, внезапно встречаться с мыслями ненависти к тому, кто умер, и к людям вокруг, рвать на себе волосы и одежду. Это естественно, когда появляются, казалось бы, дикие мысли: «А хорошо, что он ушел именно так; хорошо, что его уже нет, я чувствую облегчение». Человек может начать себя ненавидеть за это, однако и такие проявления — тоже часть горевания», — рассказывает режиссер. В мультфильме авторы также планируют нормализовать все чувства, которые испытывает человек при потере.

В качестве эмоционального ориентира режиссер берет историю Бэмби. Трибельский хочет, чтобы зрители увидели себя в их герое, даже если еще не сталкивались с потерей. Герой мультфильма не будет связан с чьей-то конкретной жизнью, хотя прототип у него и есть — мальчик, умерший в семь лет, чья мама рассказала историю своего горевания в одном из прямых эфиров в Instagram Саши.

По словам Уикенден, есть закостенелое восприятие смерти и отношения к ней, и миссия Саши — это восприятие поменять. Важно научиться проживать потерю близкого не в ущерб своему здоровью — физическому и психологическому. В условиях современного мира люди борются с признаками старения, ограждают себя от разговоров и даже мыслях о смерти, из-за чего оказываются к ней не готовы:

«Смерть звучит громко, потому что случается в оглушительной тишине молчания на эту тему», — говорит Уикенден.

Работу над мультфильмом планируется завершить к концу 2021 года. Авторы надеются в перспективе разместить его на Netflix: они верят, что тогда он поможет большему числу людей.

* Доула смерти — человек, который помогает в процессе проживания смерти умирающему и его близким. Ее цель — помочь семьям справиться со смертью, признавая ее естественной и важной частью жизни.

Автор Катерина Рукавцова






Российский государственный гуманитарный университет. ПСИХОЛОГИЯ СУБКУЛЬТУРЫ: ФЕНОМЕНОЛОГИЯ И СОВРЕМЕННЫЕ ТЕНДЕНЦИИ РАЗВИТИЯ. Материалы международной научной конференции
https://www.rsuh.ru/upload/main/psy/conferences-and-seminars/субкультура/Сборник-конференции-ПСИХОЛО...
Делясь ссылкой на статьи и новости Похоронного Портала в соц. сетях, вы помогаете другим узнать нечто новое.
18+

Яндекс.Метрика